Адвокат по уголовным делам

Блог адвоката

date 16 Авг 2019

Наткнулся на видео на youtube о том, как вести себя на допросе или что-то вроде того, собравшее миллионы просмотров: на нём рассказывает в форме лекции адвокат, что можно и чего нельзя в уголовном процессе и в, частности, на допросе.

Дело не в самом видео, а резонансе (количестве просмотров), и ещё более точно, в комментариях. Очень много возмущавшихся: мол, что за страна, где приучают уже с пелёнок (речь о достаточно молодой аудитории Ютьюба) принимать возможность уголовного преследования как нечто обыденное для всех и каждого, без разбору. Адвокат, имевший целью просто прорекламировать свои услуги как защитника по уголовному делу, ткнул и попал туда, куда, возможно, не желал.

Отметим без обиняков, что сама лекция не имеет никакой содержательной ценности для реально попавших под пресс следствия, однако возымела, как упомянуто выше, другой эффект.

Что ж, возмущению людей есть объяснение. Но и это не вопрос для обсуждения, а вопрос, который чётко и однозначно висит, как и висел, в информ-пространстве: честно, а уголовный адвокат поможет?

В самом деле, адвокат в уголовном деле – это ли не просто формальность, требование кодекса, а в сути – бесполезный субъект наподобие стороннего наблюдателя?

Что за странная конструкция: лицо, призванное быть на страже закона, не может ничего гарантировать, а кроме отстранённого взгляда на исход уголовного дела или откровенно плохих прогнозов и помочь-то по сути не в состоянии? Не может в силу функционала, отведённого ему УПК. Кто может вообще что-либо гарантировать в таком процессе, как уголовный? И если речь не о гарантиях, то размывается вообще роль адвоката в таком действе. По факту, оценка работы защитника – удел подзащитного, и какую бы видимость или деятельность ни произвёл адвокат, в сути оценка не будет применима ни к каким иным ситуациям, кроме той, в рамках которой она дана. Получается, что ни оценить работу уголовного адвоката, ни спрогнозировать, ни каким-либо иным способом «объективизировать» на предмет нужности, качества, эффективности нельзя от слова «совсем».

Кто виноват, система уголовного правосудия с её распределением ролей и функционала и полномочий, сами адвокаты, следствие или судьи? Ну конечно, у адвокатов, ведущих защиту по уголовным делам, всегда одна и та же направленность: виноваты все, но не я. Впрямь, кто-нибудь когда-нибудь слышал от адвоката, чтобы тот сказал что-то вроде: в том, что моего подзащитного осудили, виноват я, поскольку недостаточно плотно работал над его защитой? Лично я – нет. И дело не в том, что людям в целом несвойственно осуждать самих себя, тем более, если под угрозой твоё профессиональное кредо и, как следствие, твой денежный достаток, а в том, что при внимательном и вдумчивом подходе выясняется, что адвокат в уголовном деле – единица уголовного процесса, чуждая всем, включая доверителя. Адвокат, который, не будем этого отрицать, заинтересован в личном благополучии, не может быть сторонником кого-либо, кроме самого себя. И здесь не пройдут доводы типа «чем качественней твоя услуга, тем большее число клиентов к тебе обратятся». Нет, это тут не пройдёт вот почему: такая схема, действующая в торговле, как показывает практика, всегда приводит к скатыванию первоначально качественного продукта до уровня «как у всех» и ниже. То же и для адвоката – быть лучшим для всех невозможно. Но и это не главный коррелят: каждый адвокат подспудно знает, что его труд может не быть оценен по достоинству и переживает за то, чтобы его услуги не были оценены дешевле, чем он сам их оценивает. Эта боязнь прогадать, вкупе с необходимостью делать то, что должно быть объективно сделано, вряд ли позволит кому-либо стремиться единственно к качественному оказанию юридической помощи.

Суть в том, что результат работы зачастую также не может быть выражен иначе, как в виде оправдания подзащитного или снижения срока осуждения. Если оправдания или уменьшения рока не произошло – то и результата вроде как нет. Ну нету его и всё. Что был адвокат в уголовном деле, что не было. Но и оправдание подзащитного таит ловушку. Такой результат получается, увы, почти всегда не благодаря работе адвоката, а ввиду объективных причин, которые лишь условно вбирают в своё число и самого адвоката как подателя ходатайств, жалоб и прочих процессуальных документов. Изначально адвокат, как психическая единица, стремится и будет стремиться оправдать самого себя, вопреки даже денежным перспективам. Это не означает, что он пойдёт на сомнительные решения или действия, однако не означает, что он заинтересован в качественном оказании услуги и не означает, что он понимает и принимает взаимосвязь своей профсостоятельности и качества оказываемых им услуг.

Обилие адвокатов, предлагающих услуги по уголовному процессу, не может означать, в сути, распространённости карательных механизмов на государственном уровне, а, на мой взгляд, свидетельствует о сформированных тенденциях в обществе защитить самого себя, заняв те места и те должности, которые, по мнению субъекта, спасут его от посягательств в той или иной сфере, а то и во всех. Поэтому вряд ли правильным будет ругать систему уголовного правосудия, вряд ли адекватно и требовать от адвокатов самопожертвования ради спасения подзащитного. Все подводные течения не затронуты этими факторами, равно как и не увидены теми, кому адресована защита по уголовным делам.

Хотелось бы предупредить возможные всплески эмоций по поводу того, какие бывают реальные случаи, когда адвокат «помогал», видел нарушения следователей, способствовал оправданию подзащитного и таки его добивался. Нет, взгляд с совершенно иных позиций. Действительно, истории спасения адвокатами несправедливо осуждённых есть, были и будут. Однако вопрос хочется поставить не исходя их точечной статистики, а из самой, как любят выражаться судьи высших инстанций, природы такого явления, как адвокат. По уголовным делам, разумеется. Если случаи, когда адвокат «взял пятьдесят тыщь и ничего не сделал» - такая же статистика, как и «адвокат помог» - примерно в равных долях, то тут не нужно быть великим логиком, чтобы понять, что примеры не работают. Что же делать? Как дать однозначный ответ: кто адвокат для страждущего?

Кажется, что единственным, что может так или иначе пролить на всё это свет, является анализ ситуации по ее пластам, с разложением исходных позиций на уровни, а затем, после отдельного анализа, интегрирование воедино с очередной попыткой дать однозначный ответ. Однако это – совсем другая история.

Назад


dugin
Напишите мне
Напишите мне
Здравствуйте, меня зовут
Если кратко, моя проблема состоит в том, что
*
Свяжитесь со мной по номеру
или почте
Согласен на обработку персональных данных
*
* - обязательные поля
Заявка отправлена
Ваше сообщение успешно отправлено. В ближайшее время с Вами свяжется наш менеджер