Суды и судьи: от мирового до конституционного.

Блог адвоката

date 16 Авг 2019

Это, казалось бы, предвзятое мнение, завязанное на градацию судей по уровням, может пролить свет на формирующие основы обыкновенных взглядов и оценок. Вообще, такую составляющую правовой культуры общества, как отношение к представителям власти, можно смело отнести к ключевому аспекту этой самой культуры. Если говорить о судьях, тем более о судьях «народных» судов, непосредственно контактирующих с населением и разрешающих этого населения споры, то они не меньше, пожалуй, тех же самых сотрудников ГИБДД (к коим, кстати, все плотнее примыкают судебные приставы) подвержены народной опале. Больше всего достаётся мировым, хотя и судьям районных судов не меньше. Гнев понятен: чьё-то дело рассмотрели не в его пользу, отсюда недовольство, жалобы. Причём грань такой «нелюбви» может иметь совершенно противоположную – если ваше дело рассмотрели в вашу пользу, вы довольны по умолчанию, пусть даже и сами видите ошибочность решения. Оценивать работу судьи всегда было делом чести: неважно, есть ли действительные основания для той или иной оценки или нет. Главным фактором выступает эмоциональный, и тут судей превращают в кого угодно: от ангелов хранителей до исчадий ада. Действительно ли такое отношение адекватно реалиям или кто-то неправ?

Вообще, если взять тех же профессионалов, юристов-представителей то бишь, то и там сложилась примерная ситуация. Судей оценивают по уровням в судебной иерархии и так просто повелось, что чем ниже судья в этой структуре, тем считается менее, как бы это помягче сказать, компетентным. Да-да, мнение расхожее, но зачастую вполне себе обоснованное. Тот шик, с которым вершат правосудие мировые судьи (ну чего уж там – именно они попадают в категорию риска) порой ввергает в недоумение даже бывалых. То ли положение таково, что гори оно всё огнём, то ли и впрямь, хромает квалификация, то ли и то, и другое. Но тут упускается из виду то, как, собственно, так получается - следствия мы видим, причины нет резона не замечать. Повседневная деятельность мирового судьи (да и судьи суда повыше) не может быть креативной от слова совсем, что не характеризует положение вещей никак: ни положительно, ни отрицательно. Любое своеволие в отправлении правосудия на каждодневной основе приведёт к коллапсу, а то и к отставке. Нужно ли вообще творчество, изобретательность там, где они, возможно, вообще не уместны? Стремление к унификации, сглаживанию выступающих углов ведёт тоже не к совсем ожидаемым результатам, но избежать недовольства нельзя, однако выработать подходящие ожидания от судебного процесса можно, что и случается. Да, специфика работы судей низовых инстанций судов общей юрисдикции неблагоприятна для профессиональной эволюции юриста-практика в мантии, зачастую несёт инволюционный окрас. Действительно: рутина, простота и повторяемость ситуаций, связанность процессуальными нормами, неоднозначность норм материальных, беспощадность внутренней статистики и бесконечный поток страждущих сутяжников неизбежно «укатывает» любого студента-романтика от юриспруденции. Притом, что ожидания, требования к каждому отдельному судье как от общества, так и от государства растут, не считаясь с означенным. Ты должен писать и так, чтобы хорошо и складно, но и так, чтобы всем, не напрягая особенно голову, было понятно то, что ты написал – а вот тут-то тоже недюжинное требуется умение. По факту получается то, что получается: решения вообще не содержат мотивировки – этакая проблема, с которой якобы борются, на деле понимая, что нереально. Нереально всё замотивировать. Во всяком случае попробуйте сами!

Далее - требования к самому себе, как юристу-профессионалу, далеко не у всех судей атрофируются под воздействием времени и условий. Это часто угадывается в попытках бывалых уже судей вырваться из суконных оборотов, шаблонных формулировок, повальных нестыковок между посылами и следствиями, фактами и выводами, которые, вопреки мнению большинства, отчётливо видятся и замечаются самими судьями. Редко эти попытки, пусть случайно, принимаются «сверху» и так меняется судебная практика, чаще – нет. Безусловно, если ты видишь и чувствуешь смысл нормы, одновременно допуская, что те, чьи споры разрешаются, а возможно и коллеги сверху, их ни за что не поймут, ты на грани: поступиться своим чутьём или пойти по накатанной, за что в перспективе получить «отмену»?

Градус такого балансирования может расти с годами либо же полностью быть утрачен. Что же там, в высоких инстанциях? Те дебри фактических обстоятельств, которыми связаны первые инстанции, вроде как могут не замечаться последующими, но как без них, если они – основа? Применять закон и проверять правильность применения – это такая дикая загадка-парадокс наряду с многими другими парадоксами права. Кто может оценить другого, должен быть в состоянии оценить самого себя, но оценивая самого себя ты перестаёшь быть тем, кого ты оцениваешь, всё же оставаясь оцениваемым – этакое раздвоение приводит к тому, что ты ничто не можешь считать окончательным и правильным, лишь ставя условный предел череде оценок. Если над тобой есть высшая инстанция – ты будешь оценен и тот факт, что твой акт не изменили вовсе не значит, что всё «ок». Этот дамоклов меч, занесённый над судьями, делает последних нечувствительными к тем оттенкам и тонкостям ситуаций, которые, будучи обнажены, требуют, чтобы их заметили. Однако какой смысл проявлять такую дотошность, если там, наверху, есть ещё кто-то, кто не только может, но и должен замечать? Есть, в конце концов, сами стороны – вот пусть и замечают. Согласимся, что иерархия судов склоняет именно к этому. Будут ли недовольны стороны? Конечно будут, но это, как говорится, совсем другая история.

Казалось бы, уютное положение у судей арбитражных – там, в их креслах, ты и не судья вроде, но арбитр – чем убедительней один, тем меньше шансов у другого снискать благорасположение Фемиды. И чтобы не загружать себя писаниной, арбитражный судьи и их специалисты давно уже обучились пользоваться программами распознавания текстов. Кто тут судится по факту? Стороны? Ну да, они и есть тайные судьи … серые кардиналы за конкретным судьёй. А что с компетенцией? С чего это вдруг, а это имеет место, квалификация арбитражных судей принимается за несопоставимую с судьями тех же судов общей юрисдикции? Очень, очень странно и непонятно. Ну да, несколько другая публика представители, несколько отвлечённая от реалий фактура дел, но … Что с квалификацией, однако? Пуст она будет заоблачной, но если ты «профи» большого спорта, на мини-площадках тебе не удастся проявить талант тотально. Наверное, единственной вотчиной, где дозволено и предписано разгуляться юридической мысли (а что таить: мысли вообще), представляется, особняком от прочих, конституционный суд. Как судебное установление, присутствие, институт, он - как старший брат для всех остальных судов. Ареал его внимания неограничен и не связан ни с чем «земным» - это как космос юриспруденции в сравнении с землёй обыденного правосудия. Здесь, при таких вводных данных, можно ненароком возгордиться, ведь, если ты судья конституционного суда, тебе не ровня все остальные суды и судьи, от мировых до верховных. Это повод для последних считать себя неполноценными – ведь любое, даже самое правильное, согласующееся со всей остальной прецедентной фактурой решение (решение не в смысле судебного акта, а в смысле основополагающего принципа) может быть запросто откинуто высшими собратьями как неверное, устаревшее, недостаточно правильное, в конце концов.

Такое положение вещей, однако, обладает одной решающей характеристикой: способностью несмотря ни на что оставаться на плаву и … функционировать.

Назад


dugin
Напишите мне
Напишите мне
Здравствуйте, меня зовут
Если кратко, моя проблема состоит в том, что
*
Свяжитесь со мной по номеру
или почте
Согласен на обработку персональных данных
*
* - обязательные поля
Заявка отправлена
Ваше сообщение успешно отправлено. В ближайшее время с Вами свяжется наш менеджер